пятница, 21 марта 2014 г.

Не унижайте украинских военных.

Не унижайте украинских военных
Злоба дня

Командующий ВМС Украины Сергей Гайдук в четверг утром был освобожден на блокпосту у новой украинско-российской границы в районе поселка Чонгар. Это произошло после того, как накануне министр обороны России Сергей Шойгу обратился с просьбой об этом к руководству Крыма, попросив не препятствовать выезду контр-адмирала на территорию Украины. Шойгу обратил внимание, что Гайдук «вынужден был выполнять приказы своего руководства, подчиняясь воинским уставам Вооруженных сил Украины».

Трудно переоценить важность этих слов российского министра, особенно когда ситуация балансирует на грани применения военной силы. Москва не признает легитимность киевской власти, та, в свою очередь, не признает крымскую, в результате — замкнутый круг: кому с кем договариваться?

И вдруг мы слышим, что хоть кто-то в этом конфликте способен к диалогу. И эти люди, как ни странно, военные. В ситуации с Крымом политики фактически возложили на них непосильную ношу.

Договариваться, не доводя дело до стрельбы, — это всегда было обязанностью политиков. Военные должны лишь выполнять приказы политического руководства. Но здесь все оказалось перевернуто с ног на голову — военные сами были вынуждены выполнять функции политиков: думать, оценивать международную ситуацию, вести переговоры, чтобы не допускать крови.

И украинские военнослужащие здесь повели себя достойно. В недавнем обращении к Федеральному собранию Владимир Путин поблагодарил их за это. Так будем же последовательны в своем отношении к ним.

Большее унижение, чем испытали в Крыму украинские военные, представить трудно. И в первую очередь от своего киевского руководства, которое в общем-то их бросило. А возможно, было бы не против понаблюдать, как героически они гибнут за единую и неделимую Украину, чтобы потом использовать этот факт в своих интересах.

Зачем же им уподобляться? Зачем отбирать знамена частей, военную технику? Для офицера нет большего позора. Это напоминает капитуляцию. Хотя какая капитуляция, если люди просто отказались стрелять в свой народ? Честь и хвала им за это.

Уже ясно: украинские военные из Крыма уйдут. Об этом заявил Киев в лице нынешнего секретаря Совета национальной безопасности и обороны Парубия. С теми, кто решил остаться в Крыму, как-то определилось: в четверг опять-таки по просьбе Сергея Шойгу Владимир Путин подписал распоряжение, которое признает воинские звания и дипломы об образовании этих украинских военнослужащих. Теперь на общих основаниях они смогут служить в Российской армии.

Но останутся не все. Что ждет дома тех, кто решил продолжать служить Украине, неизвестно. Не факт, что родина встретит их тепло. Однако их решение обязаны уважать те, кто сегодня оказался сильнее, и не превращать их уход похожим на парад пленных немцев в Москве в июле 1944-го.

Так и видится, как силы самообороны, «вежливые зеленые человечки», выстроились широким коридором, офицеры вскинули руки в воинском приветствии, а украинские военные на своей старенькой технике со знаменами воинских частей покидают крымские гарнизоны.

Но нет... Видимо, сильный не обязан быть еще и добрым. И вот из уст победителей мы уже слышим: «штаб Черноморского флота РФ намерен в ближайшие два месяца изучить вопрос по дальнейшему использованию кораблей, частей и имущества ВМС Украины, дислоцированных на территории Крыма», хотя эти «корабли, техника и вооружение ВМСУ сильно устарели и нуждаются в срочном ремонте, модернизации или списании».

Господа, побойтесь Бога! К чему вам этот металлолом, своего такого же мало? Разве вы отняли его у неприятеля в бою?

Не было боя. И не было неприятеля. И слова Сергея Шойгу про контр-адмирала Сергея Гайдука, который «вынужден был выполнять приказы своего руководства, подчиняясь воинским уставам...» многое ставят на свое место.

А тем, кто сейчас с восторгом впадает в победную эйфорию, следовало бы не спешить. Не унижать украинских военных. С ними, не дай бог, конечно, нам, может, еще придется сидеть в одних окопах. Так поступайте сегодня так, чтобы завтра мы не оказались в разных.

http://www.mk.ru/zloba-dnya/article/2014/03/20/1001597-ne-unizhayte-ukrainskih-voennyih.html










21 марта.

21 марта.
21 Мар 2014
Здравствуйте!

С 10-го по 13-е марта был в Киеве. Сыграл два спектакля в театре имени Леси Украинки. Устал за эти несколько дней. Устал от плотной атмосферы тревоги, которая накрыла город давно. Устал от того, что не знал, как разговаривать с людьми и чувствовал со стороны собеседников незнание, как разговаривать со мной. Это незнание – ни что иное, как недоверие и опасение. Опасение сказать что-то не то и не так, сказать то, после чего разговор либо прервётся, либо перейдёт не в разговор, а во что-то другое… А также опасение поссориться, потерять возможность общения, утратить уважение друг к другу.

В Киеве было довольно тепло для начала марта. Привычных пробок в привычных местах не оказалось. Но нельзя сказать, что улицы были пустынными и обезлюдившими. В заведениях, где пришлось обедать и ужинать народу было немного, но нельзя сказать, что было пусто. Я был нынче в Киеве в будние дни, когда обычно Киев шумит, движется, толкается в пробках, куда-то спешит по делам. Но в этот раз народу и машин было, как в воскресенье. Вот только в воскресенье без ощущение выходного дня, а наоборот… Совсем наоборот.

Впервые в зале театра имени Леси Украинки видел свободные места. Довольно много свободных мест. Особенно на первом спектакле. На втором спектакле их было существенно меньше. Почти не было.

Это вполне понятно. Когда практически все концерты и спектакли и не только российских исполнителей отменяются, люди опасаются покупать билеты. Сомневаются. Но гораздо важнее – это отсутствие настроения, а точнее, наличие того настроения, которое противоречит желанию пойти в театр. Поход в театр требует другого состояния души. А когда в городе тревога, непонимание, усталость от тревоги и непонимания и отсутствие хоть каких-то и сколько-нибудь внятных перспектив… Какой тут театр!

Я был очень благодарен тем людям, которые всё-таки решили пойти в театр, купили билеты, и особенно тем, кто купил билеты давно, очень заранее, и не сдал их.

Атмосфера во время спектаклей, особенно второго, была прекрасная! Я играл спектакль ровно также, как он был задуман полтора года назад. В тексте спектакля не появилось ни одного намёка на то, что сейчас происходит. Но время и события таковы, что они неизбежно сообщали спектаклю и отдельным его фрагментам особый подтекст и совершенно не задуманный изначально смысл.

В «Прощании с бумагой» звучало много безвозвратного, непоправимого прощания с тем, что было прежде. И в этой безвозвратности чувствовалась и отчаянная грусть, и даже страх.

В тех записках, которые я получил после спектакля, было написано во всех одно и то же: благодарность за то, что я приехал, и просьба приезжать ещё. В самой этой просьбе содержалось опасение и сомнение.

Давно не получал писем по почте. Однако, в театре в Киеве меня ждало письмо, посланное из Харькова на адрес театра. Молодая барышня написала мне коротенькое и трогательное послание, в котором в итоге просила меня обязательно приехать в Харьков. Раньше я таких писем не получал. И это потому, что ни у кого не было сомнений, что я приеду. Теперь же эти сомнения очень чувствовались и были заметны.

Никогда не расставался так, как в этот раз, со своими киевскими приятелями. Всегда расставания были лёгкими. Это были расставания ненадолго. Это были расставания, когда я уезжаю недалеко, да и они, собственно, занятые люди, которые всегда на месте, и мы не заметим полугодовой разлуки…

Сейчас мы вроде бы тоже расставались ненадолго и определённо планировали с организаторами гастроли на осень. Но мы расставались и убеждали друг друга, что, как всегда, незаметно пройдёт пять-шесть месяцев, и мы увидимся… В расставании же была тревога. Тревога, которую мы не проговаривали и не показывали друг другу. Тревога, что можем не увидеться так скоро, как мы хотим. И тревога за то, что могут произойти такие события, о которых даже не хочется думать.

В те киевские дни и сейчас я всё равно, конечно же, бесконечно обсуждал и обсуждаю со своими украинскими приятелями и хорошими знакомыми то, что происходит.

Истерика месячной давности прошла. Она у них закончилась. Они уже могут и хотят говорить спокойнее и осторожнее. Они устали сильнее, чем мы здесь…

Удивительно, но из их высказываний ушло то, что является отличительной чертой сектантов. Мы даже теперь можем с ними говорить на какие-то отвлечённые темы…

Сектанты не могут говорить на отвлечённые темы. А ещё сектанты всегда демонстрируют своё превосходство и намекают на своё более глубокое и в то же время возвышенное понимание жизни и мира. Так было со всеми моими друзьями и знакомыми ещё совсем недавно. Теперь в их голосах и высказываниях я слышу усталость, в ком-то растерянность, в ком-то разочарование, а в ком-то утрату убеждённости.

Когда в конце февраля они торжествовали победу, оплакивали своих погибших, но при этом были окрылены ощущением благородства совершённого, когда праздновали торжество победы духа, свободы и воли, они неоднократно выражали чуть ли не жалость мне и моим попыткам их успокоить и слегка, осторожно вернуть с небес на землю. Мои же попытки посочувствовать им в их наивности и в том, как трудно им будет вернуться после романтики Майдана к повседневности… Да к тому же, я всё время говорил им, что до скуки повседневности ещё очень далеко… Они попросту не слышали. Они, пережившие победу, воспринимали мои слова, как занудство и ворчание того, кто не способен на поступок.

Как легко они в дни своей борьбы и свободы, с вершин своего величия смотрели на всех нас, и меня в том числе, в России, как на людей, погрязших в несвободе и смирившихся с ней.

Как сочувствую я им теперь!!! Я сочувствую и буду продолжать им сочувствовать, что бы они мне ни говорили, и что бы они не делали сейчас.

Сочувствие!!!

Вот, что сейчас совершенно необходимо. Сочувствие в противовес злорадству. Как важно сейчас перебороть в себе и задушить злорадство друг по отношению к другу. Как сильно мы преуспели в злорадстве! Мы злорадствовали, когда узнавали, насколько хуже экономические показатели Украины, чем у нас, не без злорадства нанимали украинцев на малоквалифицированные чёрные работы, злорадствовали по любому удобному поводу…

Я видел злорадство украинцев по поводу ужасных терактов у нас… Я читал в интернете такие высказывания из Украины по поводу взрывов в Волгограде, по сравнению с которыми радостные танцы всего арабского мира 11 сентября 2001 года — просто чепуха. После этого говорить о том, как украинские болельщики болеют против любых российских спортсменов совершенно бессмысленно.

Мы достаточно преуспели в злорадстве. Нужно прийти к сочувствию. И по возможности быть бережнее друг к другу.

Сейчас очень важно понять тех украинцев, которые никогда в жизни не отдыхали в Крыму и может быть даже не собирались этого делать, что им обидно, горько и унизительно терять Крым. Надо посочувствовать им.

А Украинцам нужно понять тех россиян, которые многие вполне искренне вышли на митинги, радовались и продолжают радоваться возвращению Крыма России… Я видел в Питере позавчера, как люди заказывали только крымское шампанское, которого не было, потому что его за день до этого во всём городе практически выпили. Так вот, этих людей надо понять и посочувствовать им, потому что они не думают о том, какие в связи с этим на них опустятся трудности и непростые времена. На каждого!

Нужно попытаться просто посочувствовать даже не понимая. Потому что нам трудно будет всем из-за того, что случилось. Посочувствовать и воздержаться от резких высказываний, от подписания коллективных писем… Даже если кажется, что ты понимаешь ситуацию лучше остальных, даже если ты убеждён в своей правоте. Воздержись от высказывания, если оно может обидеть и ранить… Надо попробовать… Просто попробовать подавить в себе гнев и посочувствовать.

Гнев – это самое ужасное. Гнев лишает нас возможности видеть мир, другого человека и жизнь. Гнев лишает нас всякой возможности и шанса на счастье. Гнев – это и есть несчастье. Из него не может вырасти радости. Из него вырастает только злорадство. А из сочувствия…

Со чувствия!!!

Может произрасти что-то другое. Хотя бы доверие. Потому что до любви в сегодняшней ситуации слишком далеко.

Ваш Гришковец.

http://odnovremenno.com/archives/4441?utm_source=feedburner&utm_medium=feed&utm_campaign=Feed%3A+odnovremennocom+%28odnovremenno.com%29






























четверг, 20 марта 2014 г.

Книжечки: Ларс Кеплер. Призраки не лгут.

Книжечки: Ларс Кеплер. Призраки не лгут. – М.: Corpus, 2014. – 688 с.

Ведущие: Николай Александров
Продуманная интрига, напряженное действие, эмоциональные сцены, а плюс к тому – немного психоанализа, немного мистики – отличительные черты добротно сделанного романа...

 

вторник, 18 марта 2014 г.

Обычная школа в Йошкар-Оле.

Оригинал взят у в Обычная школа в Йошкар-Оле
При первом взгляде может показаться, что на фотографии какой-то загородный дом очередного чиновника-казнокрада.На деле же это обычная школа и детский сад в Йошкар-Оле. Построил сей шедевр бизнесмен, который осуществил мечту своей жены-учительницы, уставшей от "казённых домов". Школа называется "Обыкновенное чудо".


1

2

3

А вот так школа выглядела ДО реконструкции:

4

Начало реконструкции блока детского сада и начальной школы:

5


понедельник, 17 марта 2014 г.

Должны ли мы ненавидеть неверующих?

Внимание! Женщины на работе.

Клерк.Ру
Женщины – особая категория работников. Какую бы должность они не занимали (причем не-которые работы им выполнять и вовсе нельзя), трудовым законодательством для них предусмотрены определенные гарантии и компенсации. Какие? Узнаете, прочитав статью.
Далее...


С Баша :-)

Моя мама очень любит побрюзжать. Особенно на папу (он за четверть века совместной жизни уже привык, особенно не напрягается и ласково зовёт её "мой Пиночетик"). И, надо сказать, брюзжит мама качественно, талантливо и с душой. Но за столько-то лет все и всяческие серьёзные поводы уже либо перевелись, либо изъезжены вдоль и поперёк и наскучили всем включая маму. Вот и приходится ей, болезной, постоянно выдумывать всё новые и новые поводы, чтоб не оскудела их жизнь-то совместная.
Сегодня звонит мне и выдаёт очередной перл:
- Я вот что думаю. В любви признаётся по пять раз на день. Обеды готовит каждый день. Кофе в постель - норма. ОН У МЕНЯ 8 МАРТА УКРАЛ!
И, главное, с такой это неподдельной обидой в голосе, с таким гневом!